Сухогруз Ursa Major, затонувший у Картахены, мог везти реакторы для подлодок в КНДР — данные расследования

Сухогруз Ursa Major, вышедший 11 декабря 2024 года из Санкт‑Петербурга, мог везти в КНДР два реактора для атомных подводных лодок, заявил его капитан после эвакуации экипажа. По данным анализа, на борту судна действительно могли находиться такие компоненты.

Сигнал бедствия от судна поступил 23 декабря неподалёку от Картахены. При обследовании корпуса обнаружили отверстие, которое следователи связали с попаданием высокоскоростного подводного боеприпаса. Один из российских пограничных кораблей потребовал, чтобы к сухогрузу не приближались ближе двух морских миль.

После ухода спасателей, которые вывезли 14 членов экипажа, с места происшествия были выпущены сигнальные ракеты, а затем прогремели четыре взрыва. Сейсмологи зафиксировали четыре импульса, по характеру напоминавших подводные взрывы.

Через неделю исследовательское судно «Янтарь» пришло на место гибели Ursa Major и находилось там несколько дней. Впоследствии зафиксировали ещё серию взрывов, возможно направленных на обломки сухогруза, лежащие на дне.

Над местом затопления дважды пролетел американский самолёт WC‑135, предназначенный для поиска и анализа радиоактивных следов. Представитель эскадрильи подтвердил, что задача таких самолётов — сбор и анализ аэрозолей и возможных ядерных следов.

Испанские власти не вводили официальных предупреждений о ядерном заражении. Капитан судна заявил, что опасался разглашать данные о грузе ради собственной безопасности. Согласно накладной, сухогруз шел из Петербурга во Владивосток и перевозил две большие крышки люков, 129 пустых контейнеров и два крана Liebherr.

По оценке следствия, маловероятно, что судно совершило бы такой длительный рейс ради одних пустых контейнеров и кранов. Следователи полагают, что краны могли использоваться при разгрузке тяжёлых модулей в северокорейском порту Расон.

Ряд источников указывает, что ранее южнокорейские спецслужбы сообщали о возможной передаче России в КНДР модулей с активными зонами реакторов, турбинами и системами охлаждения — компонентами, которые могли быть сняты со списанных подводных лодок.

Капитан рассказал, что не слышал удара или явного взрыва, когда судно 22 декабря внезапно потеряло ход и накренилось. Через сутки в районе машинного отделения прозвучали ещё несколько взрывов; двое механиков погибли, и капитан подал сигнал SOS.

Следователи выдвинули версию, что отверстие размером около 50×50 см в корпусе могло быть пробито суперкавитационной торпедой — снарядом, движущимся в газовом пузыре с очень большой скоростью и способным пробивать корпус без значительной детонации. Однако часть экспертов сомневается в таком варианте и считает возможным применение других типов зарядов или мин.

Расследование продолжается; следователи анализируют записи, перемещения судов и самолётов, опрашивают спасённых членов экипажа и изучают документы по грузу. Установление окончательных причин повреждений и полной картины перевозки остаётся ключевой задачей.